Алексан др шубин

Анархистскии сoциальнии oпьит 

(oт Maхнo дo испании 1917 - 1936 гг.)

Часть I: Махновское движение на Украине 1917-1921 гг.

Глава III: Махновский район в тылу Добровольческой армии (вторая половина 1919 г.)


1. Рейд на Правобережную Украину

Узнав о гибели своего штаба, Махно начал партизанскую войну в тылу красных. Он старался держаться подальше от фронтовых тылов, чтобы в то же время не очень мешать обороне против Деникина. О взглядах батько того времени поведал красноармеец П.С.Кудло. Его свидетельства следует воспринимать с поправкой на язык этого солдата: "Советская власть (имеется в виду центральная советская власть. - А.Ш.) не права тем, что есть чрезвычайки, комиссары, и это все я презираю... Советская власть допустила до того, что нет патронов, снарядов и что, вследствие этого, приходится отступать". Махно обвиняет коммунистов в сознательном вывозе снаряжения "в Совдепию" и сдаче его белым. Стратегические планы Махно предусматривают установление контроля над большой территорией, на которой можно наладить более слаженную, чем до сих пор, хозяйственную систему. В изложении красноармейца это звучит так: "Граждане, когда у нас будет Донецкий бассейн, тогда у нас будет мануфактура и вообще все, что нужно для существования крестьянина... Когда мы завоюем Малую Азию - у нас будет хлопок, когда завоюем Баку, будет у нас нефть1. Эти наполеоновские, на первый взгляд, планы связаны скорее не с военными проектами (Махно не любит отрываться от родных мест), а с надеждами на мировую революцию, когда трудящиеся "завоюют" свои страны и наладят связи с украинским крестьянством. Махно надеялся на восстановление временного союза с большевиками. По воспоминаниям прибывшего в его армию В.Волина (он возглавил культурно-просветительскую комиссию ВРС), "батько" говорил: "Главный наш враг, товарищи крестьяне - Деникин. Коммунисты - все-таки революционеры". Но добавлял: "С ними мы сумеем посчитаться потом"2.

12 июля Махно неудачно атаковал Елисаветград. На следующий день махновцы встретили остатки отрядов Григорьева. Первая же встреча не оставила сомнений в намерениях Григорьева: "Когда Григорьев так сказал... есть ли у вас жиды, то кто-то ответил, что есть. Он заявил: "Так будем бить"", - вспоминает Чубенко3. Сойдясь на необходимости сражаться с коммунистами и петлюровцами, атаманы не поладили в вопросе о белых: "Махно говорил, что будем Деникина бить. Григорьев тут уперся и стал говорить, что если он говорил: "Будем бить коммунистов и петлюровцев", то потому, что он уже видел, кто они такие, а Деникина он еще не видел, а потому бить его не собирается"4. Махно возражал осторожно, лишь выразив свое небольшое несогласие с григорьевским "Универсалом". Поведение Махно разъяснилось на заседании штаба, который решал вопрос об отношении к Григорьеву: "Но Махно стал говорить, что во что бы то ни стало нужно соединиться, так как мы еще не знаем, что у него за люди, и что расстрелять Григорьева мы всегда успеем. Нужно забрать его людей: те - невинные жертвы, так что во что бы то ни стало нужно соединиться"5. Махно удалось убедить штаб - нужда в людях была ясна всем, а перспектива будущей ликвидации Григорьева успокаивала противников компромисса с погромщиком. Однако первые же действия под командованием нового командующего - Григорьева (Махно как председатель Реввоенсовета формально был выше по должности) показали, что подобный союз дискредитирует махновцев. 27 июля, когда Григорьев оказался в окружении махновских командиров, Чубенко, по предварительному уговору с ними, обрушился на Григорьева с критикой. "Сначала я ему сказал, что он поощряет буржуазию: когда брал сено у кулаков, то платил за это деньги, а когда брал у бедняков и те приходили просить, так как это у них последняя надежда, то он их выгонял... Затем я ему напомнил, как он расстрелял махновца за то, что он у попа вырвал лук и выругал попа"6. Характерно, что Григорьев расстреливает за оскорбление священника, а Махно - за оскорбление евреев.

Главное, в чем обвиняли Григорьева махновские командиры, - то, что он отказался наступать на белых, занявших Плетеный Ташлык. Атаман пытался спорить, но, поняв, к чему клонится дело, выхватил оружие. Однако махновцы уже держали пистолеты наготове - Григорьев был убит.

Казалось, Махно выполнил свой план в отношении Григорьева и григорьевцев. Они были разоружены и после соответствующей агитационной работы включены в махновский отряд. С сознанием выполненного долга Махно отправил в эфир телеграмму: "Всем, всем, всем. Копия - Москва, Кремль. Нами убит известный атаман Григорьев. Подпись - Махно"7. Одновременно с посылкой телеграммы, предназначенной для Кремля, Махно выпустил воззвание по поводу убийства Григорьева, в котором говорилось: Имеем надежду, что после этого не будет кому санкционировать еврейские погромы... А честно повставать трудовому народу против... как Деникина,.. так и против большевиков-коммунистов, вводящих диктатуру8.

5 августа Махно издал приказ, в котором говорилось: "Каждый революционный повстанец должен помнить, что как его личными, так и общенародными врагами являются лица богатого буржуазного класса, независимо от того, русские ли они, евреи, украинцы и т.д. Врагами трудового народа являются также те, кто охраняет несправедливый буржуазный порядок, т.е. советские комиссары, члены карательных отрядов, чрезвычайных комиссий, разъезжающие по городам и селам и истязающие трудовой народ, не желающий подчиниться их произвольной диктатуре. Представителей таких карательных отрядов, чрезвычайных комиссий и других органов народного порабощения и угнетения каждый повстанец обязан задерживать и препровождать в штаб армии, а при сопротивлении - расстреливать на месте. За насилия же над мирными тружениками, к какой бы национальности они ни принадлежали, виновных постигнет позорная смерть, недостойная революционного повстанца"9.

Однако тяга григорьевцев к погромам оказалась непреодолимой, и вскоре Махно пришлось распустить этих вояк. Необходимо было другое пополнение.

Тем временем части РККА, состоящие из бывших махновцев, продолжали отступать на правобережье Украины. Теперь махновцы составляли основу 58 дивизии РККА. Решение большевистского руководства об эвакуации советских войск на север означало для махновцев окончательный отрыв от родных мест, бесповоротную интеграцию в РККА. Махно связался со своими бывшими командирами Калашниковым, Дерменджи и Будановым и приказал "арестовать всех политкомов и ненадежных командиров и передать их всех в распоряжение временно замещающего меня начальника боевого участка т.Калашникова (Большевистский начальник участка Кочергин также был арестован махновцами. - А.Ш.), а самим, избрав нужных командиров, перейти в контрнаступление против наседающих деникинских дивизий, не щадя на этом пути решительного действия ни одного врага революции, если бы такие оказались даже из рядов бедноты"10.

Махновский переворот в войсках прошел относительно безболезненно - части не забыли своего командира. "Собрав вокруг себя боевое ядро, махновцы неожиданно налетают на штаб 58-й дивизии, арестовывают командиров и комиссаров и объявляют войну как Деникину, так и Советской власти"11. В Николаеве восстали пять бронепоездов, командиры которых стремились перейти к Махно. Но большевикам удалось взорвать эту технику12.

По справедливому замечанию В.Голованова, советские историки именно этого не хотят замечать - что бунт 58-й дивизии случился из-за желания драться с белыми, отвоевать свои очаги13.

"Ваши командиры и политкомы, - говорил Махно своим прежним бойцам, - вас продали Деникину, единственно, кто может вас вывести на верный путь, это я - Махно"14. В результате произошедшего 13 августа в районе Нового Буга махновского переворота в частях РККА под командование батько перешли 4 бригады с артиллерией, кавалерией и бронепоездом. По данным Аршинова, общая численность махновцев составила около 15 тысяч человек15, что было значительно меньше того, что Махно оставил большевикам. Перейти в наступление против деникинцев, естественно, не удалось, потому что большевики немедленно атаковали мятежные части, а деникинцы, воспользовавшись новым расколом в рядах противника, усилили натиск.

1 сентября на собрании командиров в с.Добровеличковке Махно провозгласил создание "Революционной повстанческой армии Украины". Был избран новый Военно-революционный Совет во главе с Лащенко16.

Почти месяц махновцы сражались в районе Елисаветграда. Выбив красных из Помощной и Вознесенска, Махно получил от них предложение пойти на переговоры. Ответ был неутешительным для большевиков: "Вы обманули Украину, а главное - расстреляли моих товарищей в Гуляй-поле, ваши остатки все равно перейдут ко мне, и посему я с вами со всеми, в особенности с ответственными работниками, поступлю также, как вы с моими товарищами в Гуляй-поле, а затем будем разговаривать о совместных действиях"17. Вопреки этим угрозам, Махно тогда не расстреливал попавших в его руки красных командиров, а агитировал их: "Вы узурпаторы, душители воли народной... Вы бежите от Деникина, я же разобью его в пух и прах..."18

На этом дороги Махно и РККА разошлись, Махно отступил на запад, большевики - на север. В начале сентября произошла последняя встреча с частями РККА - с выходящей из окружения группой Якира. Махновцы отсекли от нее небольшую часть и предложили ей объединиться. Большинство красноармейцев согласилось, и махновская армия обогатилась коммунистическим "стальным" полком под командованием Полонского.

В конце сентября положение махновцев стало критическим. Превосходящие силы деникинцев прогнали их через всю Украину и вытеснили в пограничные с Польшей районы, где укрепились петлюровцы. Население не поддерживало махновцев - они были чужими в этих местах. Их продвижение сковывал обоз с ранеными. В этих условиях Махно идет на временный союз с Петлюрой, который тоже воевал с деникинцами. Передав "союзнику" обоз с ранеными (впоследствии Петлюра отдаст их белым, нарушив договоренность с Махно), махновцы развернулись и атаковали преследовавшие их Части Добровольческой армии. Внезапный удар, нанесенный махновцами под Перегоновкой, 26-27 сентября, был сокрушающим. Один полк противника был взят в плен, два полностью вырублены19. Никто из нас не знал, что в этот момент великая Россия проиграла войну20, - философски напишет потом один из белых офицеров, участвовавших в этой операции. Махновская армия ворвалась в тылы деникинцев и двинулась через всю Украину тремя колоннами в сторону Гуляй-польского района. "Операции против Махно были чрезвычайно трудными. Особенно хорошо действовала конница Махно, бывшая первое время почти неуловимой, часто нападала на наши обозы, появлялась в тылу и т.п. Вообще же махновские "войска" отличаются от большевиков своей боеспособностью и стойкостью"21, - рассказывал начальник штаба 4-й дивизии слащевцев полковник Дубего.

Под угрозой оказалась ставка Деникина в Таганроге. Инфраструктура Добровольческой армии была изрядно потрепана, что затормозило деникинское наступление на север, к Москве. Это восстание, принявшее такие широкие размеры, расстроило наш тыл и ослабило наш фронт в наиболее трудное для него время22, - признавал А.Деникин. С фронта срочно пришлось перебрасывать части Шкуро, чтобы локализовать быстро расширяющуюся зону, контролируемую махновцами.

Другая сторона осеннего рейда через Украину - крупнейшая вспышка классового террора махновцев. "Помещики, кулаки, урядники, священники, старшины, припрятавшиеся офицеры - все падали жертвами на пути движения махновцев"23, - не без гордости пишет П.Аршинов. Часто махновцы руководствовались в своем терроризме настроениями местных крестьян, которые обвиняли того или иного представителя "господствующих классов". В случае, свидетелем которого был В.Волин, крестьяне обвиняли священника в провокации расстрела односельчан, и никто из присутствующих не захотел заступиться24. "Тюрьмы, полицейские отделения и посты - все эти символы народного рабства, были разрушены, и все, кто был известен как активный враг крестьян и рабочих, были обречены на смерть. Везде крупные помещики и кулаки уничтожались в больших количествах. Этот факт в достаточной степени демонстрирует ложность распространяемого большевиками мифа о так называемом "кулацком" характере Махновского движения", - рассказывает В.Волин25. В некотором отношении зажиточные крестьяне оказывались заложниками идеологических построений радикальных партий, в соответствии с которыми снисхождение к "кулакам" было признаком контрреволюции. Характерный для крестьянской войны безудержный террор здесь принял особенно большие масштабы. Для идеологов движения он был лишь свидетельством последовательной борьбы против эксплуататоров.

2. Формирование новой социально-политической системы


1. РГВА Ф.199, Оп.2, Д.182, Л.18.
2. ЦДАГОУ. Ф.5, Оп.1, Д.330, Л.14.
3. Там же, Д.274, Л.40.
4. Там же, Л.41-42.
5. Там же, Л.42-43.
6. Там же, Л.46-47.
7. Кубанин М. Ук. соч. С.83.
8. Цит по Гончарок М. Ук. соч. С.59.
9. Нестор Иванович Махно. С.154-155.
10. Махно Н. Махновщина... С.59.
11. Нестор Иванович Махно. С. 68.
12. Там же.
13. Голованов В. Ук. соч. С.175.
14. ЦДАГОУ. Ф.1, Оп.2, Д.51, Л.25.
15. Аршинов П. Ук. соч., С.135.
16. Волковинский В.Н. Ук. соч. С.125.
17. Нестор Иванович Махно. С.68.
18. Там же, С.72.
19. Кубанин М. Ук. соч., С.87.
20. Cit. Skirda A. Op. cit. P.177.
21. Цит. по Волковинский В.Н. Ук. соч. С.133.
22. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т.V. Берлин, 1926. С.235.
23. Аршинов П. Ук. соч., С. 142.
24. Voline V. Op. cit. P.621-623.
25. Op. cit. P.620.


Return to The Nestor Makhno Archive